• Мы продолжаем публиковать серию интервью с известными купчинцами. И в сегодняшнем номере у нас в гостях человек, не раз воспевший наш район в своем творчестве, бессменный лидер группы Billy’s Band – Билли Новик.

    – Скажите, Купчино – это край земли или столица мира?
    – Одно не исключает другое. Например, город Осло тоже край земли и при этом одна из столиц мира… А вообще изначально песня («Купчино – столица мира» – прим. ред.) была сочинена на гастролях в Мурманске, какой-то жуткой полярной ночью. И было ощущение, что это край земли, кругом огни… Но, возвращаясь в Купчино, нужно петь о Купчино, и в результате песня была переделана.

    – Что для вас лично значит этот район?
    – Во-первых, он самый южный и в связи с этим самый теплый, хотя приезжему может так и не показаться. Я родился на Белградской, 44. В возрасте почти семи лет мы переехали на улицу Димитрова, 31, где прожил до возраста двадцати шести лет, и только в 26 лет, когда начался Billy’s Band и начались активные разъезды по стране и по миру, так получилось, что я начал жить в центре. Потому что возвращаться ежедневно, еженощно, с контрабасом из центра или из Пулково очень было тяжело в те времена. Это был 2001 год, и тогда такого развитого движения такси не было, и было все совсем по-другому, и заработки все уходили бы только на такси. И мне пришлось сначала снимать, ну а потом, когда подзаработал, купить квартиру в центре.

    – Как, на ваш взгляд, центр Санкт-Петербурга отличается от Фрунзенского района?
    – Это сложный вопрос… Могу сказать, что, когда я жил в Купчино, для меня исторический центр Петербурга это была другая вообще реальность. Сложно поверить, но мне было тяжело здесь, в центре города. Я смотрел на все эти «жуткие» старые дома… Я абсолютно не ценил архитектуру тогда, поэтому мне сейчас и смешно, потому что в центре каждый дом – это архитектурный памятник. А тогда мне казалось, что все это грязь, камень, и я не понимал, как тут люди живут.

    – Какие народные названия вы знаете в Купчино?
    – «Пентагон» – это дворы, которые начинаются от так называемого «Офицерского дома», это такой полукруглый дом на перекрестке проспекта Славы и Бухарестской. Вот все это место называлось «Пентагон». Есть «Пятаки», это в районе Альпийского переулка. Названий было много, но я уже забыл.

    – Какое самое красивое место в Купчино?
    – Яблоневый сад, вообще вдоль железной дороги везде очень красиво. Причем как рассветы, так и закаты. Вся улица Белградская. Мне очень нравится парк, который идет вдоль Бухарестской. Раньше карьеры очень нравились.

    – Вы не скучаете по Купчино?
    – Я не прекращаю эту связь. У меня в Купчино живет множество родственников, я езжу туда почти каждую неделю. Я там все равно, мое сердце в Купчино.

    – Где начинался Billy’s Band?
    – Billy’s Band начинался в центре. В подземном переходе на Невском проспекте и в клубе на Большеохтинском проспекте. Там был такой андеграундный, подвальный, непрофессиональный клуб, который назывался «Boom Brothers», собственно, там мы вместе с Андреем Рыжиком и начали музицировать впервые вместе по-настоящему. Хотя родиной Billy’s Band я считаю все-таки город Мюнхен, потому что в Мюнхене мы впервые по-настоящему вышли на улицу, так чтобы каждый день стоять на улице и играть. Это был не джаз, а такая уличная полуартистическая перформанс-клоунада, с использованием музыкальных инструментов и репертуара Тома Уэйтса. Том Уэйтс вошел не сразу в мою жизнь. Поначалу у меня было какое-то его отрицание, отторжение… По своей сути я «битломан». И когда я услышал Тома Уэйтса, мне этот голос вообще не пришелся по душе. Но когда я дошел уже до внутреннего жизненного отчаяния, до экзистенциального отчаяния, вот тогда я понял, в чем смысл творчества Тома Уэйтса, его голоса, его лирики… Погрузился и только уже в осознанном возрасте принял его творчество. В школьные годы Том Уэйтс был для меня просто «пустой звук».

    – Где и когда вы начали осваивать контрабас?
    – Контрабас я начал прямо на улице осваивать. Потому что в Германии, например, запрещено использовать электрические музыкальные инструменты на улице и можно играть только на акустических инструментах. А контрабас, по сути, это акустическая бас-гитара. Так что, с одной стороны, это вынужденная мера, а с другой – мне казалось, что контрабас – это стильно, а образ человека с гитарой – пошлятина, потому что все стоят с гитарами.

    – В Петербурге часто говорят: «Виктор Цой жив!» А как считаете вы?
    – Эгрегор Виктора Цоя, конечно же, жив. И он до сих пор присутствует и влияет на целые сообщества людей. Я думаю, что в контексте «Русского рока» это, конечно, номер один.

    – По образованию вы – медик. Вы три года работали в больнице № 5. Как вы стали врачом?
    – Бабушка сказала, что я должен получить образование. Она сказала, что надо получить хорошую, нужную людям и серьезную профессию. Потому что врач – это человек, который полностью жертвует собой во благо людей, которых он лечит. И я так не смог.

    – Что вы сейчас читаете?
    – Сейчас я пытаюсь восполнить свои пробелы в классической русской литературе. Например, Лев Толстой – все подряд. Достоевский – все подряд. Чехов, само собой, все подряд.

    – А не тяжело все подряд читать у Достоевского?
    – Тяжело. А почему должно быть легко читать? Чтение – это работа. Это полезная работа, потому что я чувствую, как мне становится интереснее жить, и терпимость к людям повышается.

    – Что бы вы пожелали жителям Фрунзенского района, которому в этом году исполнилось 83 года?
    – Желаю каждому прожить минимум 83 года. Минимум! Каждому жителю Купчино. А кто уже прожил – жить далее. Здоровья! Счастья! Взаимной людской солидарности! Внутренней гармонии и доброты! Хорошего настроения!
    #газетаФрунзенскийРайон

    Текст: Новости Фрунзенского района Санкт-Петербурга
    Фото: Новости Фрунзенского района Санкт-Петербурга
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31 1 2 3 4